Отредактирую ваш текст — художественный станет красивым, коммерческий продающим (зам. глав. редактора журнала, автор 10 книг и 1000 статей в СМИ)

Гламурная сказка о войне с настоящими ретроавтомобилями

Вчера вечером закончилась премьера четырехсерийного телефильма «Ладога» Александра Велединского. В главных ролях Андрей Мерзликин, Ксения Раппопорт и Алексей Серебряков. Судя по драматичным рекламным кадрам – тонущему грузовику с детьми в полынье, стреляющему немецкому самолету, ответному огню зениток, настоящей советской и немецкой технике, нас ожидало достойное зрелище. Прокомментировать увиденное вызвался наш злой кинокритик.

Итак, сюжет этого кинодейства детективный. Видимо, из-за боязни, что иначе молодежь не будет смотреть. Хотя это спорное опасение — настоящий военный фильм будут смотреть все. Разрекламировали фильм хорошо, показанные накануне отрывки из него зацепили. В итоге в моем окружении было принято решение — будем смотреть обязательно. И посмотрели. Сначала две серии, потом еще две, а между ними интервью с Андреем Мерзликиным в утреннем эфире Первого канала, где его спрашивали, кто же шпион, но он держался стойко, как его герой в фильме на допросе, и не раскрыл тайну.

Сюжет вкратце таков. «Блокадный Ленинград. Зима 1941-го. Советская контрразведка узнает, что немцы готовят диверсию на «Дороге жизни» — единственном пути, по которому в город доставляется продовольствие и другие грузы. Скорее всего, диверсант — один из водителей «полуторок», работающих на замерзшем Ладожском озере. Найти и остановить врага должен капитан НКВД Сергиенко».

У меня нет претензий к игре актеров, а только к сценаристу(ам?) и режиссеру. Хотя про артистов все же надо сказать пару слов.

Артисты хорошие, любимые нами по многим фильмам. Видно, что работали, наверняка мерзли, потому что всё норовили бегать по морозу нараспашку и без шапок (видимо, режиссеру некому было подсказать, что зима 1941-го была аномально холодной), в общем, старались изо всех сил донести до зрителя драматизм тех дней.

Но вот беда — все они хорошо узнаваемые. Ну не вижу я в Андрее Мерзликине разведчика, да и просто человека той эпохи, этот образ заслоняет более харизматичный «правильный пацан» из «Бумера»; игравший чекиста Алексей Серебряков всем хорош, но больно уж у него привычное из фильма в фильм амплуа – строгого мужественного начальника, а про детского воспитателя (или кто он там?) вообще молчу. Это же маньяк-людоед из «Ментовских войн»! Он так убедительно его сыграл, что до сих пор от одного его вида мурашки по коже…

Но это так, субъективные ощущения. Не обращайте внимания. Хотя вот еще.

Ну не верится в блокадный Ленинград, когда видишь артистов с сытыми физиономиями. Я до конца не знаю, как это передать, не морить же их голодом, но народ похудосочнее можно было найти, в фитнес-центре их погонять, с гримом поработать, а то мужики, кроме энкаведешника и воспитателя, как откормленные боровы, так и пышат здоровьем (водители хоть и не блокадники, но тоже не на курорте были).

Теперь об антураже.

Постоянно в кадре солнечная безветренная погода, великолепная видимость на многие километры на белом от снега озере. Конечно, для съемки фильма самое то — мельчайшие детали будут прорисованы, картинка выйдет что надо. Но надо понимать, что такая погода для немецких самолетов была просто подарком. Ну не могли в такую погоду безнаказанно передвигаться караваны машин. Немцы бы не дали, на то она и блокада. Насколько знаю, наши всё больше ночью старались проскользнуть или в непогоду. Ну и настоящих обстрелов и бомбежек в кадре не было, кроме одного фланирующего самолета, который больше связью со шпионом интересовался, чем уничтожением каравана машин.

Автомобили. Огромное спасибо создателям фильма за показ настоящих полуторок. Это действительно сложно – собрать вместе столько машин той эпохи. На мой взгляд, это самое ценное в фильме. Но! Они смотрятся музейными экспонатами, слишком хорошо выглядят, а в хронике тех лет полуторки еле живые, обшарпанные до предела, грязные, ободранные, с перекошенными кузовами, да и какие они там могли быть в то время? Работавшие в адских условиях на износ, на морозе и под обстрелами.

Понятно, что снимавшееся в фильме автомобили из музеев и частных коллекций, и никто не дал бы гробить свои экспонаты. Но ведь можно было их загримировать, подрисовать ту же грязь, вмятины, следы от осколков и пуль.

Отмечу, что и с немецкой техникой в фильме полный порядок. Ее хоть и немного, всего две единицы, но она настоящая. Это хорошо узнаваемый «Кюбельваген» и редкий в наших фильмах легкий гусеничный мотоцикл NSU HK 101 с 36-сильным автомобильным двигателем. Хотя замечу, что на последнем было рискованно по льду ездить – он хоть и считался легким, но массу имел почти 1,3 тонны при сравнительно небольшой опорной площади гусениц.

Но вернемся к сюжету.

Полуторка шпиона весь фильм ездила с нарисованным огромным опознавательным знаком на крыше кабины, и это при наличии в маленьком коллективе, кроме начальника-командира и его службы, двух профессионалов — капитана НКВД и разведчика! А в военную пору там и других следящих хватало, ведь машины, заезжая в Ленинград, проходили через несколько постов. Да за любой явный знак для самолета (а знак большой и нарисован краской!) водителя сразу бы арестовали и наверняка расстреляли. К тому же крыши кабин у полуторок довольно низкие, без особого труда знак можно было заметить, это ведь не кабина Белаза.

Еще вопрос. Разведчик, которого сыграл Андрей Мерзликин, что там делал? Чего он там шоферил? Если бывший, хотя бывших разведчиков не бывает, то ему что, лучшего применения не нашлось во время войны? Если действующий, то почему без задания?

А как он, будучи еще простым водителем (еще никто не знал, что он разведчик) сделал себе выходной, чтобы в город осажденный смотаться по личным делам? Кстати, при запрете увольнительных это означало невыполнение приказа в военное время, да и контрольных постов на въезде в город никто не отменял. Он, видите ли, ударил по мизинцу гаечным ключом! Открою секрет сценаристу — и без мизинца машиной можно управлять. Не та это травма.

Ну и просто для понимания того времени скажу, что на фронте струсившие солдаты себе ладони простреливали (!), но это не помогало им отправиться в тыл, их к стенке ставили за самострел.

Теперь о драматических кадрах – в начале фильма полуторка с сыном главной героини уходит под лед. Никто их не спасает, караван движется без остановки. И это жуткая, суровевшая реальность войны: спасать их запрещено — остановиться, значит, остальным машинам уйти под неокрепший лед или всему каравану подвергнуться налету авиации. Напомню, что даже в сценарии указано, что это единственный путь в осажденный город. И путь этот не по асфальту, а по льду озера. Соответственно, и меры по обеспечению его безопасности были жесточайшими.

Но где-то в середине фильма снова полуторка с детьми на полном ходу ныряет под лед, и ставшая к этому времени водителем главная героиня (Ксения Раппопорт), бросив свою машину, начинает спасать тонущих. Караван останавливается (ведь ее машина застопорила всё движение, перекрыв узкий, обозначенный вешками безопасный «фарватер», выезжать за который смертельно опасно), к ней спешат на помощь, и всех детей чудесным образом спасают.

И в это уже не верится. В ледяной воде замерзшие, ослабленные от постоянного недоедания дети, укутанные в зимнюю одежду, которая намокнув, стала бы неподъемной, ушли бы на дно. Не успели бы их спасти, да и вытащить проблема — края полыни обламывались бы, а дети и бросившаяся в полынью главная героиня выбрались, как на асфальт. А если бы и спасли кого, то не довезли в открытых кузовах по морозу в мокрой одежде.

Понятно, что это дети, не у каждого выдержали бы нервы проезжать мимо, но там были люди той эпохи, не по книжкам знающие, что такое НКВД и приказ в военное время. После такого геройства ту же главную героиню этапировали бы куда следует – она нарушила приказ и поставила под угрозу всю колонну. Что, впрочем, и было сделано, ее арестовали, но ей другое дело «шили» — шпионаж (потому что искали шпиона), а не нарушение приказа.

Но самое удивительное, как героиня Ксении Раппопорт, которая ныряла в полынью и которую потом таскали энкаведешник с разведчиком по морозу, чудесным образом моментально вылечилась от тяжелого воспаления легких (по заключению врача), и на радостях бегала без шапки. Напомню, по сценарию речь идет о страшной зиме 1941-го.

И напоследок о самых невероятных кульминационных кадрах.

Блокада Ленинграда длится уже несколько месяцев. Зима. Страшный голод.
Только что вывезенные из умирающего города дети, те самые дети, которые собирали землю рядом со сгоревшими Бадаевскими складами, лепили из нее шарики и сосали (хотя это было еще в начале блокады, ранней осенью, а не лютой зимой), дети, которым родители варили столярный клей, олифу, обои и переплеты книг (а столярный клей и олифу надо было еще выменять на что-то ценное на рынке, но все равно не каждый голодный ребенок мог больше недели пить это пойло); дети, которые ели крохотные пайки из смеси целлюлозы, хвои, обойной пыли, выбойки из мешков вперемешку с мукой из затхлого зерна, именуемую хлебом (который был только по карточкам, в первую очередь для работающих, за ним надо было выстаивать жуткие очереди на морозе, и не всем удавалось вернуться из них живыми, получив свои мизерные 125 грамм), так вот эти дети, знающие, что такое настоящий голод, замерзшие после поездки на морозе в открытых кузовах, сидят так смирненько вокруг открытого ящика с новогодними мандаринами. И ящик вот он, совсем рядом, у самих их ног, а запах какой у цитрусовых!

Мало того, некоторым детям добрые дяди дали мандарины в руки. Но дети умудрились, не попробовав, продержать пахнущую еду в руках течении нескольких часов! До тех пор, пока славный разведчик не выяснил, что мандарины отравлены фашистами.

В общем, хэппи-энд. Никто из детей не отравился и не заразился, что означает только одно — они за все это время даже не лизнули пахнущий мандарин, хотя им никто этого не запрещал, а если и запрещал, то этого садиста не показали, лишь что-то там сюсюкали-мусюкали взрослые все это время…

Так и хочется специально для сценариста и режиссера повторить фразу Глебова из «Аты-баты, шли солдаты»: «Не голодали вы, товарищ младший лейтенант. Не голодали!». Если режиссер не вник в то, что снимает, то ленинградка Ксения Раппопорт могла бы и подсказать, что этот эпизод не очень убедителен (хотя, по-моему, просто бред). Но, видимо, тактично промолчала, артист – профессия подневольная.

Жаль, очень жаль. Артисты старались, машины настоящие, наши и немецкие, фашистский самолет летал и стрелял, наши его обстреливали из счетверенных «Максимов»… Вроде фильм должен был получиться убедительным. Но, к сожалению, вышла гламурная картинка, не более. Уж извините, это личное мнение.

© Злой кинокритик (он же автор блога)
Фото с сайта Яндекс.телепрограмма

Телефильм «Ладога» (2013)
Режиссер: Александр Велединский
В ролях:
Ксения Раппопорт, Алексей Серебряков, Андрей Мерзликин, Дмитрий Назаров, Юрий Кузнецов,Виталий Коваленко, Яков Шамшин, Анна Блинова,Филипп Ершов, Олег Федоров, Алексей Ведерников, Юлия Ауг.

—